суббота, 10 февраля 2018 г.

ГЛАВА XV. Опять в Москве

По возвращении из ссылки я не нашла ни местного московского, ни областного партийного центра, куда можно было бы заявиться. Из встреч с отдельными старыми товарищами, из разговоров с ними я уяснила себе, что мы там, в ссылке, и понятия не имели о том развале нашего партийного аппарата, какой получился за эти годы хозяйничанья торжествовавшей жандармерии.

Глава XIV. Дальнейшее

При аресте я назвалась по паспорту, по которому проживала в Годеиновском переулке на Арбате, дочерью чиновника из Калуги Лидией Никитиной, заявила, что даю частные уроки, ездила на дачу к знакомым и никакой окружки я не знаю, на что получила от допрашивавшего меня ротмистра ответ, что я нелегальная Ольга Петровна, секретарь окружного комитета, что в лесу была окружная конференция, на которой я вела протокол, куда-то исчезнувший, а то этот протокол дал бы возможность сразу привлечь меня по каторжной 102 статье.

ГЛАВА XIII. Окружка

В августе 1907 г. в Москве состоялась областная партийная конференция, были заслушаны доклады с мест, резюмированные следующим образом:
«Во всех организациях центрального промышленного района замечается за последнее время застой в работе вследствие репрессий правительства, загнавших партию снова в тяжёлые условия подпольного существования, а с другой стороны, апатия и разочарование, проникшие как в среду партийных работников, так и в рабочую массу под влиянием временного затишья в революции» (из отчёта об областной конференции, помещённого в газете окружного комитета «Борьба» за 1907 г., № 6).

Глава XII. В Иваново-Вознесенске

В начале 1907 г., в феврале, меня, наконец, направили на эту местную работу в Иваново-Вознесенск, куда, как в подлинный пролетарский центр, я давно уже мечтала пробраться.

ГЛАВА XI. Кратковременное секретарство в областном бюро

Из Костромы я направилась в Москву, где находился наш областной партийный центр — наше областное бюро, состоявшее в описываемое мною время — в конце 1906 г. и начале 1907 года — из трёх уцелевших пока от ареста товарищей: Бориса Павловича Позерна — кличка Степан Злобин, Олимпия Аристарховича Квиткина — Афанасия, ещё летом отозванного из Костромы на областную работу, и Сергея Васильевича Модестова — Данилы.

ГЛАВА X. Второй раз в Костроме

В Кострому я приехала незадолго до 1 мая, застала организацию в большом затруднении по части заготовки первомайской литературы, там усиленно искали путей к оборудованию тайной типографии, и мне было предложено прежде всего этим заняться. После переговоров со старой приятельницей — Соней Загайной, которая до тонкости знала всё, касающееся дела с типографией, мне стало ясно, что за короткий срок, остававшийся до 1 мая, нам ничего солидного не создать, а можно лишь на скорую руку оборудовать «летучку», напечатать в ней «первомайские листки, и уже «после этого, не связывая себя сроком, наладить что-нибудь более фундаментальное.

ГЛАВА IX. Моя неудачная передышка

В первых числах апреля я решила сделать небольшой перерыв в работе, съездить на отдых к матери (отца моего уже не было в живых), где думала также и легализоваться, так как после октябрьской амнистии, которая покрыла все мои предыдущие грехи, оформиться, восстановить себя в правах не успела — было всё время некогда этим заняться.